Одно из самых отвратительных воспоминаний моего детства — это как папа раздавил голой ногой огромную жирную саранчу. Она сидела на его тапке, он хотел обуться, но делал это, не глядя, и в итоге пяткой наступил на нее. Мне, как жесткому инсектофобу, было одновременно и страшно, и отвратительно, но я застыла и не успела отвернуться. Никогда не забуду эти внутренности, которые быстро полезли из огромного тела этой твари, это громкое чавканье и хруст одновременно.
