Цитаты про труд для женщин

Мужчина с трудом купил билет на финал Кубка мира по футболу. Приходит на стадион, а его место – в углу за колонной, ни черта на поле не видно. Вдруг он видит – внизу, на трибуне, пустое местечко в центре!Он решил рискнуть и пробрался на это место, авось не сгонят!Садясь, говорит мужчине по соседству:– Вот удача! Кто-то купил такое место и не пришел! А ведь финал Кубка мира!!!Сосед:– Вообще-то это место я купил для своей жены, но она, увы, скончалась. Это первый Кубок мира, на котором я без нее.– О, простите! Но неужели вы не могли найти кого-нибудь на это место?

 На хрен, любовь моя, на хрен… Я не хочу встречаться с Тобой и смотреть на Тебя, как жена Штирлица, глазами, полными надежды и немого отчаяния. Я не хочу до крови закусывать губу, глядя, как Ты нежно склоняешься к этому… к этой девушке. Я не хочу. На хрен, любовь моя, на хрен. Мои письма – это не интуитивные тексты, это полтора месяца такой печали, от которой становишься на десять лет старше и на двадцать лет тупее. Я как кобра, которая приготовилась для броска, а ее огрели лопатой.

Два случая я знал, когда мужчина женился «на деньгах», — и оба кончились необыкновенным счастьем и полной любовью. Толстой это первый рассмотрел в жизни и подробно описал в «Войне и мире» (брак Николая Ростова и княжны Marie Болконской). Но это вообще нередко так. Любовь и счастье, очевидно, может рождаться просто из «сожительства», из полового сближения мужчины и женщины, после того как «деньги сосчитаны». Тогда ведь, пока считали, — очевидно, ещё любви и привязанности не было.

 Приходит Ангел к Богу и говорит:Господи, сегодня у нас по плану женитьба!И полетели они холостых да незамужних искать.Смотрят, парень в поле работает. Красивый, крепкий и холостой.Летят дальше. Видят девушка трудится, снопы вяжет. Кровь с молоком, красавица. Незамужняя.Дальше смотрят пьяница сидит. Пьет и пьет, пьет и пьет. Ну все пропил. Холостой. Кому он нужен?В другом окне — девушка. Ленивая, преленивая. О себе только и думает, дом запустила.Давай так, — говорит Бог Ангелу. Трудягу-парня женим на ленивице, а пьяницу на красавице. 

Проснувшись утром после мальчишника, обнаружил в кармане приглашение на чью-то свадьбу. С трудом, но вспомнил, что свадьба — моя. Кого бы тактично расспросить: кто та счастливица, на которой я женюсь? — Юрий Татаркин

 Он невольно придержал ее за талию. Она молниеносно обернулась к нему и поцеловала прямо в губы. — Будь что будет, Антуан! Уж очень мне этого хотелось! Трудно держаться на расстоянии от человека, который когда-то был тебе близок… Помните, как мы целовались на теннисном корте? О, я вижу, вы шокированы.., Вы остались настоящим Кеснэ… Не сомневаюсь, что вы всегда были верным мужем… — На редкость верным… Беспорочным… — Это на протяжении десяти-то лет? Бедный Антуан!.. И вы счастливы? — Совершенно счастлив. — Если так, все хорошо, милый Антуан.

Сосед.Лучезарный рассвет, Солнца крыльями красит восток.В легкой слабости сна, я встаю и приветствую, деньБестолковый сосед, шумно возится с кучей ДОсок.Тихо грустные ивы, приникли к озерной воде.Лег полуденный зной, зыбким маревом каплет пора.Перемазан в земле, выхожу из картошки своей.И сосед приутих.

Человеческое селение без подобных старух — что банка варенья без плесени. Их вездесущие глаза, всеслышащие уши и болтливый язык не дадут вам незаметно гульнуть с чужой женой, закрутить залом на соседском поле и уж тем более побегать по округе на четырех лапах. Впрочем, надо признать, действуют эти бабки совершенно бескорыстно. Лучшей наградой для них будет полюбоваться из-за заборчика на результаты своих трудов — семейный скандал, драку между соседками или костер высотой с избу.

В силу обстоятельств я вынужден был стать тем, кем были многие другие, – рабочей лошадью. У меня было очень удобное оправдание: я работал, чтобы обеспечивать существование жены и ребенка. Но на самом деле оправдание дохлое: я ведь понимал, что, если завтра окочурюсь, они как-нибудь сумеют прожить и без меня. Так бросить все и стать самим собой! Почему бы и нет? Часть моего существа, которая трудилась, чтобы дать моей жене и дочери возможность жить так, как им хочется, та часть, что держала руль семейного корабля – что за бессмысленное и дутое понятие, – была худшей моей частью.