Добрые цитаты про лицо для парней

На свет ПолиныПосле "густо" - бывает "пусто".Впрочем, это не факт, не догма.Если ходишь по свету долгоИ в суставах скопилось хрустаНа пятнадцать юнцов весенних,Собирающих пазлы духа;Быт становится бытовухой.Жизнь становится всё священней.Тех, кому по колено мореПонимаешь теперь все реже.В перечеркнутых лет кортеже,На заброшенном светофоре,Ждешь покорно сигнал зеленый.Как Иона, внутри машины,Режешь полночь на свет Полины,Возмутительно невлюбленный.Едешь, спешно скрывая скуку,На лице, в закоулки сердца:"Погоди. Пять минут.

Весеннее пробуждениеЗапах новой весны поменял равнодушные лица,Вкусный воздух сорвал с ржавых крыш прошлогодний пакет,Свежей кистью прошел цвет зеленый по центру столицы,И особенно резво поехал в машинах проспект.В солнца первых лучах просыпается каменный город,Птицы песню поют в галлереях обновленных стен,Ровно на год отсрочку познал надоедливый холод,И уставшее тело дождалось крутых перемен.Я опять ощутил радость жизни и миг совершенства,Это солнце растопит в тени окровавленный снег,И купаясь в лучах, ощущая земное блаженство,Отряхнусь и покину привычный за зиму ночлег.

Где Бермуды и Карибы омывает пенный вал, Где под сенью апельсина ряд домишек белых встал, Там прохладными волнами обдают лицо, как в шквал, Быстрокрылые пассаты. Где забористое пиво и янтарное вино, Зажигательные танцы с крепкой шуткой заодно, Там на мачтах надувают парусины полотно Быстрокрылые пассаты. Где рассыпаны по небу мириады звёздных стай И, сплетясь ветвями, пальмы нежно шепчут: «Засыпай!», Там зовут меня и манят в благодатный этот край Быстрокрылые пассаты.

(Эксперимент Вурмса: если на некоторое время оставить человеческого самца в машине, он выйдет оттуда с заросшим шерстью лицом.) Другой обычай: каждый вечер люди включают коробку, испускающую голубой свет, и проводят, глядя на нее, долгие часы в полной неподвижности. Наши исследователи сейчас изучают это странное поведение. Видимо, людей, как и бабочек, завораживает свет.

Нормальный человек считает нужным: 1. Забыть, кто он такой и чего желает, чтобы это не мешало производить, воспроизводить и зарабатывать деньги. 3. Тратить годы на обучение в университете, чтобы потом не найти работу. 4. Заниматься с девяти утра до пяти вечера тем, что не приносит ни малейшего удовольствия, чтобы по прошествии тридцати лет выйти на пенсию. 5. Выйти на пенсию, обнаружить, что сил наслаждаться жизнью уже не осталось, и очень скоро умереть от тоски. 8. Высмеивать тех, кто вместо денег стремится к счастью, и называть их «людьми, лишенными амбиций». 9.

Но служить истине не было никогда моим намерением; она – только пищевое средство для моего мыслительного аппарата, как картофель – для моего желудка, а друг – для моего сердца. Пока я имею желание и силы мыслить, до тех пор мне служит каждая истина только для того, чтобы перерабатывать ее по моим способностям. Истина для меня так же «суетна и бренна», как для христианина действительность или все мировое. Она существует так же, как и вещи мира сего, хотя христианин доказал их ничтожество, но она суетна, ибо ценность ее не в ней самой, а во мне; сама по себе она не имеет никакой ценности.

Оголодавших за выходные гаишников на кольцевой было натыкано немерено, но перекрашенный фольксваген выглядел до того убого, что ни у одного милиционера на него палка не поднялась. Хотя у них и повода не было: так аккуратно я не водила машину даже на экзамене в ГАИ. За что была вознаграждена матерным бибиканьем обгоняющих нас машин. Когда водители замечали за рулем блондинку, раздражение на их лицах сменялось неподдельным сочувствием — причем в адрес Сани.

Дождь начнется точно в понедельник, Как и обещал угрюмый диктор. Мы узнаем осень за неделю, В лужах разобрав ее вердикты. Ты промочишь в них свои ботинки, Ты подхватишь легкую простуду, Победивший в этом поединке, Кашель набирает амплитуду. Ты глядишься в желтые витрины, Ты считаешь мелочь по карманам, Через дребезжание машины Слыша тихий шепот океана. Со щеки рукой стираешь капли, С запахом духов и никотина, Чувствуя, как дни твои озябли, Пропитались этим горьким дымом. Но, читая боль и веру в лицах, На плече уставшего поэта Молча ждет растрепанная птица Синего пронзительного цвета.