— …они говорят ей, уже в самолете:...

0

 — …они говорят ей, уже в самолете: Жаклин, может быть, вы хотите переодеться?  А она вся в его крови, колготки в крови и белые перчатки в крови. И она говорит: Что? Нет! Я хочу, чтобы весь мир видел, что сделали эти подонки!  Ну дальше такой себе фильм, по мне так длинный немножко, но зато я потом три дня знаешь про что думала? Что я бы эти перчатки никогда не сняла. Не смогла бы. Если бы такая любовь, как у нее была, я всю жизнь бы ходила в этих перчатках. Ну, то есть, наверное, я бы сошла с ума сначала и была бы сумасшедшая старуха в перчатках с кровью президента Кеннеди. И называла бы их Джон. Обе. Ну, или одну Джон, а вторую Роберт. Но я бы с ума сошла раньше и про Роберта уже не знала бы. Я фигню какую-то говорю, извини меня. Но она правда вся в крови была, даже колготки, и такая… Такое у нее было в лице… Великая женщина. А Мишу даже не били никогда, понимаешь? Даже хулиганы на улице. 

Комментарии

Добавить комментарий